А.Д. Белоусов: Система деструктивных влияний в сети Интернет, направленная на склонение детей и подростков к совершению самоубийства

А.Д. Белоусов: Система деструктивных влияний в сети Интернет, направленная на склонение детей и подростков к совершению самоубийства

Доклад на Международной научно-практической конференции «Идеологическое и духовное противостояние деструктивной культуре».

Аннотация. Деструктивные влияния в сети Интернет, направленные на склонение детей и подростков к совершению самоубийства, представляют собой стройную систему психологических интервенций. Автор на основании специальных знаний в сфере практической психологии проанализировал соответствующие ресурсы социальных сетей и описал элементы данной системы в их последовательности, а также цели каждого из элементов по трансформации сознания несовершеннолетних. Сформулированы причины, по которым рассматриваемые деструктивные влияния являются действенными в отношении современных детей и подростков.

Ключевые слова: деструктивные влияния, социальные сети, несовершеннолетние, суицид.

The system’s destructive effects on the internet, aimed at inducing children and adolescents to commit suicide

Belousov Alexey Dmitrievich

associate Professor,

candidate of biological Sciences,

master of psychology,

leading researcher

Federal State Institution

«National Research Institute

of the Ministry of Interior of the

Russians Federation»

Annotation. Destructive influence on the Internet, aimed at inducing children and adolescents to commit suicide, is a coherent system of psychological interventions. The author on the basis of special knowledge in the field of practical psychology analyzed the relevant resources of social networks and described the elements of the system in their sequence, as well as the objectives of each of the elements for the transformation of the consciousness of minors. The reasons why the considered destructive influences are effective in relation to modern children and teenagers are formulated.

Keywords: destructive influence, social networks, minors, suicide.

Объективной реальностью современного этапа общественного развития является бурное совершенствование информационных технологий, их проникновение практически во все сферы личностного пространства урбанизированного человека.

Истинное значение этого ранее неизвестного явления человечеству еще предстоит понять, но уже сейчас очевидно, что кроме значительных преимуществ информатизации, она несет с собой и значительные риски как государственного, так и субъективно-личностного значения.

Если до сего времени большую часть знаний о мире и о себе с самого рождения человек получал в процессе приобретения реального опыта из общественного взаимодействия (в семье, среди сверстников, в образовательных и трудовых коллективах), то на данном историческом этапе общество имеет уже молодое поколение, чье сознание является в значительной мере продуктом некритически воспринятой информации из сети Интернет. Вызывает беспокойство, в данном случае то, что эта информация часто носит деструктивный характер и подталкивает детей и подростков к разрушительным действиям как против самих себя, так и против общества. Некоторые из этих поступков на данный момент очевидны, это, например, рискованное поведение различных видов, наркотизация и алкоголизация, анорексия и булимия, действия, наносящие ущерб естественному психосексуальному развитию, суицидальное поведение, романтизация блатной романтики (А.У.Е. — арестантский удел един) и школьных расстрелов («скулшутинга»).

По некоторым данным, около 55 % опрошенных детей в возрасте 11-16 лет сталкивались с сайтами, на которых люди обсуждают способы причинения себе боли или вреда, способы чрезмерного похудения, сайты, посвященные наркотикам, а также сайты, на которых описываются способы самоубийства [1].

Следует также предвидеть еще не проявившие себя в поступках деструктивные влияния Сети, но ростки которых уже внедрены в сознание ее несовершеннолетних пользователей.

Всколыхнувшие страну в последние годы случаи самоубийств подростков, в причинах которых прослеживалось влияние особых групп в социальных сетях, стало ярким проявлением неготовности общества к такому циничному и бесчеловечному вызову. Широко развернув мероприятия по борьбе с этим явлением, законодатели, органы власти, система образования, СМИ и общественные организации, все еще не достигли полной защищенности детей и подростков от этой угрозы. И для этого имеются объективные предпосылки.

По информации из Общественной палаты Российской Федерации, 84% детей являются пользователями Интернет; 10 лет – средний возраст, с которого ребенок становится самостоятельным пользователем социальных сетей; только в российском сегменте соцсети «ВКонтакте» в «группах смерти», по состоянию на март 2017 года, состояло более 70 тысяч подростков [2].

В то же время, по нашему мнению, для эффективного противодействия данному виду деструктивного влияния, при оценке его ситуативной актуальности и общественной угрозы, важнее опора не на статистику зафиксированных случаев самоубийств детей и подростков или отыскание в них «интернетного» следа, а фиксация наличия в Сети звеньев стройной системы психологических интервенций, способных трансформировать сознание несовершеннолетнего до степени, когда он готов совершить суицид.

Наше утверждение о наличии в интернет-пространстве взаимосвязанных элементов данного пошагового и специально разработанного влияния на психику детей и подростков основано на проведенных в ФГКУ «ВНИИ МВД России» исследованиях по данной тематике.

С опорой на современные знания из прикладной психологии мы в сотрудничестве с профильными подразделениями органов внутренних дел изучили соответствующие ресурсы социальной сети «ВКонтакте» и «Фейсбук», проанализировали видео интервью, так называемых, «кураторов» (лица, непосредственно общающиеся с несовершеннолетними в интернет-пространстве и имеющие умысел на их склонение к суициду) групп суицидальной направленности, осуществили контент-анализ литературных произведений, навязываемых участникам данных сообществ, обобщили показания родителей, чьи дети совершили самоубийство и прочее.

В результате, мы обнаружили психотехники, сходные с применяемыми в практике психокоррекционной работы, и направленными на трансформацию как психических состояний, так и ценностно-смысловых блоков человека.

Например, просматриваются такие принципы и приемы эриксоновского гипноза как:

— использование упрощенных и буквальных выражений с целью воздействия на бессознательное минуя критическое осмысление фраз;

— применение постгипнотических внушений путем использования инструкций и команд, которые вызовут состояние транса за пределами ситуации общения с «куратором»;

— употребление авторитарных выражений, ассоциирующихся в жизненном опыте индивида с ситуациями эффективного руководства в назидательной и командной форме;

— поглощение внимания субъекта значительной отвлекающей информацией для встраивания формулировок, вызывающих транс;

— создание состояния замешательства путем использования непонятных и неуместных выражений, что вызывает у индивида острую потребность получить объяснения, которая удовлетворяется в виде внушающих формулировок; и многие другие психотехники [3].

Значительно распространены в данном общении такие вербальные технологии, как встроенные команды, метамодельные нарушения и якорения, детально разработанные в методологии нейролингвистического программирования, и которые выявлены нами при анализе текста одной из навязываемых для чтения участникам групп суицидальной направленности книге.

В частности, в этом, относительно не большом по объему, произведении мы обнаружили около 200 таких внушающих слов, как «умереть», «убить», «свести счеты с жизнью», «суицид», «самоубийство», «смерть»; слов, вызывающих у читателей опасное чувство вины, таких как «простите», «жаль», «виновата», «извините» — 214; выражений, сужающих зону выбора альтернатив, таких как «всегда» — 135, «никогда» — 177, «не могу» — 170, в то время, как слово «иногда» встречается лишь 12 раз; словесные обороты «тихо», «спокойно», «покой», намеренно связываемые с избавлением от страданий мира, употребляются 122 раза и т.д.

Кроме названных технологий влияния мы зафиксировали и такие как элементарный обман, принуждение, шантаж, убеждение, угрозы, манипулирования личностными ценностями и прочее.

Более обобщенный анализ указанных выше интернет-ресурсов позволил увидеть элементы модели контроля сознания, давно используемой в тоталитарных группах, и ставшей классической согласно работам зарубежных авторов.

Одним из исследователей выделяется восемь элементов, приводящих к серьезному изменению сознания:

1) Контроль окружающей обстановки (среды);

2) Мистическое манипулирование;

3) Требование чистоты (деление мира на «чистый» и «нечистый»);

4) Культ исповеди;

5) Абсолютная истинность своей догмы;

6) Создание специального клишированного словаря внутригруппового общения;

7) Доктрина выше личности;

8) Право на существование только членов группы [4, С. 86-95].

Данные технологии в условиях интернет-общения, естественно, реализуются с учетом его специфики. Это несовершеннолетний возраст с его типичными возрастными особенностями и трудностями адаптации, исходный некритический тип мышления и ограниченный запас знаний, в основном текстовый способ общения, наличие значительного количества времени на данное общение, воздействие специального «шок-контента» (фото, видео и аудиоматериалов на депрессивную и суицидальную тематику), охват огромного количества «пользователей» (здесь и далее под словом «пользователь» будет пониматься ребенок или подросток, который вступает в интернет-общение и на которого направлено влияние по склонению к самоубийству) и ряд других особенностей.

Все выявленные элементы в совокупности представляют собой логически последовательную систему влияния, которая для каждого отдельного несовершеннолетнего пользователя Сети, попавшего в поле зрения злоумышленников, разворачивается по единой схеме. Каждый из данных этапов преследует определенную задачу по формированию психологической готовности ребенка или подростка совершить самоубийство. Отдельные из элементов системы могут пересекаться и разворачиваться одновременно, либо опускаться за ненадобностью, если несовершеннолетний проявляет готовность к суициду.

Целесообразность раскрытия психологического содержания и целей каждого из этапа склонения к данному деструктивному поступку определяется непрекращающейся их внешней трансформации в Сети при сохранении подлинной сути.

  1. Отбор новых членов групп. Для достижения скорейшего результата (совершение самоубийства «пользователем») большее внимание «кураторами» уделяется тем, чьи учетные записи (профили) указывают на несовершеннолетний возраст, интерес к депрессивной тематике и «шок-контенту», неудовлетворительное эмоциональное состояние, кризисную жизненную ситуацию, самостоятельный поиск «хэштэгов» (англ. hash – символ «решетка» + tag – метка) о сообществах суицидального направления. На таких страничках их владельцы могут произвольно размещать фотографии порезов на теле и т.п.

В последнее время «кураторы» стали осторожнее и вступают в контакт с пользователем Сети лишь после пристального наблюдения за его общением со стороны, до поры не обнаруживая себя, изучая подлинность и активность его профиля, и т.п. Данное наблюдение все чаще происходит не в группах, которые блокируются соответствующими государственными структурами, а в так называемых «конференциях» или закрытых чатах, попасть в которые можно только по приглашению ее участника.

Далее «пользователь», продемонстрировавший низкую критичность мышления, приглашается «куратором» в приватную переписку, где и происходит окончательная подготовка к суициду. Таким образом, предпочтение скорее отдается не изначально благополучному подростку, для которого чужда идея самоубийства, а тому, кто столкнулся с жизненными трудностями, и в отношении которого осуществляется, своего рода, «сопровождение» до рокового шага.

  1. Использование типичных возрастных мотивов. Воздействие на детей и подростков, не имеющих суицидальных замыслов, осуществляется через манипуляцию их природным любопытством, стремлением к захватывающей игре, потребностью в мистической обстановке и ореоле тайны, возрастным протестом против мира взрослых и стремлением к независимости в принятии решений. Кроме этого, для подросткового возраста достаточно типично чувство неприятия и отверженности в коллективе сверстников, стремление наказать или доказать что-то обидчику в жизни (родители, бросивший парень/девушка, учитель, класс). Игра на указанных чувствах прослеживается еще в относительно «безопасных» группах социальных сетей, иногда имеющих депрессивную тематику, иногда на тему деструктивных компьютерных игр, музыки, мультипликационных фильмов и т.п.
  2. Подстройка под ситуативные запросы. Используется знание о наиболее распространенных потребностях и затруднениях подростка, которые не удовлетворяются в реальном мире. Вновь принятого в группу участника окружают особым вниманием и интересом к его переживаниям, дают почувствовать свою избранность, значимость, признание. В зависимости от возраста и психотипа обращение избирается подчеркнуто ласковое, например, «кис», «зая», либо, как к взрослому, по имени отчеству.
  3. Закрепление крайностей в мышлении. В процессе общения с участниками соответствующих групп при обсуждении любой тематики приветствуются декларативные, безальтернативные оценки. Данный тип «черно-белого мышления» переносится далее и на обсуждение личностных проблем несовершеннолетнего «пользователя», что нацелено на создание у него уверенности, что решить эти затруднения можно однозначным и радикальным способом, известным их «авторитетным» собеседникам. Любые рассуждения, размышления или обращения к позитивной тематике пресекаются, а их носители высмеиваются или исключаются из группы. Постепенно реплики «ведущих» превращаются в откровенные команды и размещаются не только в текстовом формате, но и звучат в приказной интонации в аудиосообщениях.
  4. Обман или искажение информации о мире. Участник соответствующей группы оказывается в информационном поле, в котором априори признаны как истина ряд убеждений. В частности, то, что покой, внутренняя тишина, отдохновение возможны только после смерти; что в природе самоубийство — это норма (например, выбрасывание китов на берег, или то, что смысл жизни бабочки-однодневки, это смерть); что жизнь в принципе не имеет смысла, несправедлива и в ней отсутствуют поводы для радости, счастья и т.п.
  5. Давление авторитета лидеров движения. С целью создания образца для подражания «кураторы» группы периодически сообщают, что сами имеют сходные личностные проблемы и нацелены на скорый уход из жизни. Периодически они выкладывают «фейковые» (поддельные) фото со следами порезов на руках, а в назначенный день в группе появляется постановочное видео или фото, на которых они совершают суицид, но позже «воскресают», иногда под другими именами. Ту же роль, очевидно, играет и описание суицидов в рекомендуемых к чтению литературных произведениях, а также размещаемое в группе видео реальных самоубийств других участников группы, которые становятся всеобщими кумирами.
  6. Влияние сообщества, коллектива. Принятие в закрытую группу обставляется как большая честь для новичка, акцентируя внимание на его принадлежности к кругу избранных. С этого момента начинается, своего рода, «растворение» личной свободы воли подростка в общем, так называемом, «море китов» или большом сообществе, в котором он лишь частичка. Усиление давления группы происходит с помощью системы одобрения и порицания другими участниками группы, начиная от «лайков» (от английского like – средство, помогающее пользователю Интернета выразить свое одобрение к выложенному контенту в социальных сетях и на других интернет-ресурсах) к выложенным на всеобщее обозрение подтверждениям членовредительства (чаще порезам на теле) и кончая угрозами изгнать из группы за неповиновение. Ту же цель преследует публичная клятва или покаяние, что может являться одним из этапов продвижения в «игре». Со временем, как особое доверие, каждому участнику сообщества выдается персональный номер, подтверждающий его выход на более высокий этап «игры».
  7. Стимулирование эмоциональных вложений. Сутью, так называемой, «игры» в рассматриваемых сообществах является прохождение через фиксированное число заданий, выдаваемых «кураторами» участнику (в настоящее время известно о 50 заданиях). Первые задания просты (например, разгадать головоломку, нарисовать и выложить в группе кита), затем они становятся все сложнее (например, причинить себе какие-то увечья) и последним заданием является акт суицида или, на принятом сленге, «выпиливание». Таким образом, по мере прохождения данных этапов, на которые затрачивается время, физические силы, психическая энергия, создается зависимость подростка от своих предшествующих действий, которые придется признать, как напрасные, в случае выхода из «игры».
  8. Индоктринация. Это означает навязывание убеждений, мировоззрений, целей (англ. indokrination от лат. in — внутрь и doktrina — учение, теория, доктрина). Несмотря на кажущуюся заботу о чувствах и проблемах участников данных сообществ, высшим проявлением этого участия постепенно декларируется уход из жизни, в которой «тебе никогда не быть достойным, счастливым, понимаемым», в которой ты «не сумел стать кем-то достойным уважения», которая «несправедлива по определению» и т.п. Данные мысли звучат в видео и аудио роликах, размещаемых в ленте группы, круглосуточно обсуждаются в ходе групповой или индивидуальной переписки, встраиваются в текст навязываемой к прочтению литературе, внушаются «кураторами» на сеансах видеосвязи.
  9. Максимально полный захват всего личного пространства подростка темой самоубийства. Преследуя цель снизить до предела способность несовершеннолетнего участника к критическому мышлению и утратить его связь с привычным окружением, осуществляется перегрузка сознания подростка информацией без возможности ее оценки и обработки. В частности, значительная часть вышеупомянутых 50 заданий посвящена просмотру видеороликов и прослушиванию музыкальных треков депрессивного содержания, которые рекомендуются «кураторами». Кроме этого, «пользователю» необходимо отчитываться о прочитанных главах специальных книг и решенных головоломках с мистическим подтекстом.
  10. Погружение в измененное состояние сознания для повышенной внушаемости. Кроме уже названных видеороликов и специальной музыки этому способствует хроническое недосыпание в течение последних дней до самоубийства (по заданию подросток должен просыпаться в 4:20 утра (культовое время суток для субкультуры североамериканских курильщиков марихуаны) для погружения в эти аудиовизуальные материалы). Иногда встречается задание ни с кем не общаться в течение, например, суток. Отказ от исполнения этих требований или исчезновение из группы более чем на 48 часов может явиться основанием для исключения из сообщества. Внушающее воздействие осуществляется иногда и включением персонального счетчика участника, на котором в убывающем порядке отсчитываются дни и часы до выбранного для суицида дня. С этого момента идея о неотвратимости «выпиливания» становится для «пользователя» устойчивой.
  11. Повышение порога страха перед местом и способом будущего самоубийства. В число указанных ранее заданий входит, например, стояние на кромке высоко сооружения, возле рельсов железной дороги и т.п. В группах постоянно выкладывается «шок-контент»: ролики реальных самоубийств и несчастных случаев, хладнокровно и даже с иронией обсуждаются методы совершения суицида.
  12. Создание и культивирование чувства вины. С этой целью участника группы вначале склоняют к исповеди о своих «грехах» (например, об убийстве животных, членстве в сообществах сатанистов и прочее), а затем накручивают значимость этих действий, подводя к мысли об искуплении. В других случаях, «непокорных» членов сообщества привлекают к деятельности по вовлечению в «игру» новых участников. Впоследствии, вина за самоубийство этих новых «игроков» навязывается их малолетним рекрутерам. Есть версия, что одни из участников сообщества могу «помогать» другим сделать роковой шаг при суициде. Кроме этого, чувство вины, на котором играют в дальнейшем шантажисты, может возникнуть у подростка и за то, что, отказом в последний момент от самоубийства, они подвергают опасности жизнь своих родных и близких.
  13. Открытая угроза и шантаж. Последним толчком к суициду особенно «устойчивых» участников группы может быть сообщение им установленного домашнего адреса и угроза физической расправой над ним или его родными.

Самый общий взгляд на названные элементы системы позволяет увидеть причины, по которым они являются действенными, а также, составить представление о личности несовершеннолетнего, на которого они способны оказать влияние. Так, очевидно, что лишь ребенок или подросток, формирующийся без должного интереса к своим естественным запросам, в информационной среде, лишающей его критического мышления, большую часть свободного времени находящийся в интернет-пространстве вместо вовлеченности в коллективную деятельность конструктивного социума, лишенный высоких целей и достойных кумиров, может стать жертвой чьих-то деструктивных воздействий.

Не вызывает сомнения также и то, что психологическое содержание и последовательность развертывания элементов системы влияний, направленной на склонение детей и подростков к совершению суицида, в совокупности с качественной режиссурой видеороликов на данную тему, тенденциозным депрессивно-трансовым содержанием музыкальных треков, тщательно отобранными фотоматериалами некрофильной тематики, печатными литературными произведениями, героизирующими образ подростка, решившегося на суицид и прочий, навязываемый несовершеннолетним «пользователям», контент, являются не спонтанным порождением всемирной Сети, а отражают злой умысел вполне конкретных профессионалов в сфере возрастной психологии, психиатрии, нейробиологии, практической психологии влияния, социологии и т.п.

Дополнительным подтверждением этого является реакция названной системы на успешные меры противодействия государства и общественности ее бесконтрольному существованию. Происходит смена дислокации ее ресурсов, ужесточается отбор участников сообществ, видоизменяются и маскируются отдельные элементы при сохранении их психологической сути, разворачивается пропаганда по формированию ложного представления о полном исчезновении «игры», о надуманности наличия целостной системы и наличии в реальности ее создателей, о необходимости толерантности к «заблудшим» личностям «кураторов» соответствующих групп и прочее.

Очевидно, что только аналогично глубокие познания и компетенции в названных профессиональных областях, а также продолжающееся научное изучение интернет-пространства, способны помочь распознать и вовремя пресечь изощренные деструктивные технологии влияния на подрастающее поколение.

Список литературы

  1. Сайт департамента образования Администрации города Омска. URL: http://www.omsk.edu.ru/content/edinoe-roditelskoe-sobranie-po-voprosam-0 (дата обращения: 13.03.2018).
  2. Сайт Общественной палаты Российской Федерации. URL:https://www.oprf.ru/about/interaction/region_chambers/431/2445/newsitem/39735 (дата обращения: 13.03.2018).
  3. Хейвенс Р. Мудрость Милтона Эриксона. — М.: Не­зави­симая фир­ма «Класс», 1999. — 400 с.
  4. Волков Е. Н. Основные модели контроля сознания (реформирования мышления) // Журнал практического психолога. М.: Фолиум. 1996. № 5.

        References

 1. Site of the Department of education of Omsk city Administration. URL: http://www.omsk.edu.ru/content/edinoe-roditelskoe-sobranie-po-voprosam-0 (date accessed: 13.03.2018).

2. Website of The public chamber of the Russian Federation. URL:https://www.oprf.ru/about/interaction/region_chambers/431/2445/newsitem/39735 (date accessed: 13.03.2018).

3. R. Havens The Wisdom Of Milton Erickson. — M: Independent firm «Class», 1999. — 400 p.

4. Volkov E. N. The basic models of mind control (thinking of reforming) // journal of the practical psychologist. Moscow: Folium. 1996. No. 5.

Сведения об авторе:

Белоусов Алексей Дмитриевич,

ведущий научный сотрудник

ФГКУ «ВНИИ МВД России»

доцент,

кандидат биологических наук,

магистр психологии

научная специальность 12.00.09 — уголовный процесс, криминалистика; оперативно-розыскная деятельность

e-mailenap23@yandex.ru т. 89036600909

Источник

Читайте также

Теги: , , ,

Лавка «Cлово»

Хочу в СССР-2