Архив Тегов:Образование

Неолиберализм как деструктивный фактор развития образования

Размещаем краткое изложение доклада академика ПАНИ, доктора соц. наук А.М. Осипова на международной научно-практической конференции «Идеологическое и духовное противостояние деструктивной культуре».

Вначале поясним различие между либерализмом, устремленным к свободе выбора и социальной доступности всех благ, и неолиберализмом. Неолиберализм – фетишизация финансовой успешности, трактовка всего в плане конкурентоспособности, сокращение расходов государства ради экономической эффективности. Неолиберализм по сути устраняет ценность человека.

В образовании России внедрялись «сверху» зарубежные якобы прогрессивные образцы, главным из которых стала маркетизация, а ее инструментами – позиционирование образования как услуги, авторитарный менеджмент, количественные показатели как основа отчетности образовательных организаций и рейтингования их, конкуренция, ориентация на мировые рейтинги, право выбора школы. Проблема маркетизации образования замалчивается: чем позже ученые обратят на нее взоры, тем дольше можно направлять отрасль по руслу маркетизации, а там … «либо эмир умрет, либо осел сдохнет».

Базовые идеи и черты неолиберальной политики в образовании. В России нет научных трудов, защищающих маркетизацию образования. Дискурсы «за маркетизацию» изредка появляются в СМИ, присутствуют в ряде правительственных программ. Мировая практика выявила взаимосвязанный набор публичных идей, которые были пролоббированы политиками. Этот набор включает четыре тезиса:

1. Образование должно быть платной услугой наряду с бесплатными возможностями образования для слома монополии бюрократов и государства на знание.

2. Гражданин вправе получать образование согласно своим интересам и экономическим ресурсам, чему служит его право выбора образовательных программ и учреждений.

3. Конкуренция образовательных учреждений, преподавателей и обучающихся целесообразна, поскольку устраняет барьеры для качества образования.

4. Отражением конкурентных достоинств образовательных организаций служат их рейтинги на базе количественных параметров, фиксируемые частными и государственными агентствами и якобы нужные потребителям на рынке образования.

Базовые идеи маркетизации легли в основу макроинструментов, дополняемых рычагами меньшего масштаба. Микроинструменты – наборы критериев эффективности, индексы научного цитирования, программа «5-100» для поддержки дюжины крупнейших вузов ради их попадания в число «ведущих мировых» по рейтингам зарубежных агентств.

Как меняется образовательная политика при неолиберальном подходе? Она предстает только через призму экономики, а рынок – в качестве единого механизма, гарантирующего образование граждан, роль которых сведена до роли потребителей. Образование уже не входит в область культуры, оставаясь лишь вопросом конкуренции и экономической эффективности. Дети и семьи рассматриваются как участники на якобы свободном рынке образования без учета социальной целесообразности, культурной преемственности и интеграции общества. Вступают в силу реклама и брэндинг как элементы игры на рынке: «да, вы даете хорошее образование, но об этом же никто не знает!»

Упомянутые выше макроинструменты есть слаженные механизмы, «троянские кони» неолиберализма, которые были встроены в социальные и правовые нормы, в организационное поведение и общественное сознание, приученное к идее сосуществования рынка с государственным управлением в образовании. Эти механизмы, будучи принятыми и закрепленными в, на первый взгляд, простых и полезных нормах, пронизывают всю сферу образования снизу доверху, настраивают функционирование всей этой сферы так, что она, якобы достигая гибкости для удовлетворения разнообразных потребностей, на деле перестает служить интересам интеграции общества, отбрасывает массу населения от шансов интеллектуальной карьеры, усиливает преимущества элит в политического господстве и символической власти.

Теперь кратко опишем «троянских коней» неолиберализма.

Образование как товар, услуга. В правительственных документах есть его признание как услуги, что равнозначно рыночной трактовке образования.

Такая трактовка опирается на три суждениями: (а) инвестиции в образование дают отдачу, значит образование сродни капиталу и заслуживает рыночной интерпретации, (б) обладатели экономических ресурсов вправе тратить их на любые благие цели, в том числе на покупку образовательных услуг, (в) образование как услуга вписывается в якобы наступающую экономику знаний, помогает инновациям и достойным зарплатам. Но эти аргументы – лукавые.

1. Высокий уровень образования и интеллекта был всегда фактором со знаком «+» для социального продвижения в советской России, а социальная статистика в рыночных обществах, увы, доказывает главную роль статуса семьи в доступе к интеллектуальной карьере. Отсюда, превращение образования в услугу вовсе не открывает широким массам граждан шансы продвижения.

2. Нехватка бюджетных ресурсов для образования, якобы побуждающий к его переводу в услугу, создана проводниками неолиберальных реформ одновременно с гигантским расслоением населения (правление Сбербанка, 5,1 млрд).

Даже при бесплатности образования для его получателей, его превращение в услугу или товар меняет всю систему для образовательных организаций, вступающих в конкуренцию за бюджетные ассигнования. Семьи становятся объектами рекламных технологий, а школы, колледжи и вузы – субъектами маркетинга и участниками гонки по введенным кем-то рейтинговым показателям, когда «сеять разумное, доброе, вечное» невыгодно и некогда. В этой гонке всегда будет стремление к выживанию и наживе, кризисы, спекуляция. Потребуется усиление госконтроля – значит власти и доходов бюрократии.

Лукавство аргументации про образование как услугу в том, что воспользоваться ею могут лишь богатые. Они же имеют преимущества и в бесплатной системе, а платная лишь ускоряет деление учреждений на элитные для меньшинства и обычные и слабые – для большинства. Смысл образования как услуги – в ограничении интеллектуальных перспектив для широких масс.

Право выбора школы. Некоторые считают, что такое право есть благо, а иное – крепостничество. Между тем, общественная целесообразность выбора школы не доказана. Право выбора внедрялось в общее и в высшее образование, апогей пришелся на начало 2000-х годов, с чехардой регламентов зачисления в вузы и сломом профессиональной ориентации молодежи.

Этот «троянский конь» тоже прост: богатые и бедные слои с заведомо неравной пользой для себя реализуют право выбора школы. Родители из высших и средних слоев взыскательно оценивают состав семей будущих одноклассников, а школы подстраиваются под это устремление и устраивают отборбудущих учеников. Такие родители переводят своих детей из школ по месту проживания в профильные учебные заведения и в «лучшие» классы. Отчасти это оправдывают тем, что однородный состав помогает учебной мотивации. Но так в прежде единой школьной системе возникает сегментация – обособление элитного и массового сегментов по критерию богатства. Выбор школы родителями приводит детей на разные образовательные пути с ранних лет, и эти пути уже не зависят от способностей. Элиты уже на ранней стадии социализации привыкают к своей исключительности и вседозволенности.

Конкуренция в образовании – подается как данность, в которую мы якобы либо встроимся, либо скатимся на обочину мирового развития… Но научной дискуссия по проблеме конкуренции в образовании нет. А в сложнейших видах соперничества СССР добивался первенства благодаря не конкуренции, а плановому управлению и комплексу духовных качеств граждан.

Конкуренция – соперничество ради овладения выгодной позицией на рынке и прибыли. Она превращает школу или вуз в корпорации, вырабатывает у них корпорацентризм – замыкание в своих узких интересах. Участники конкуренции находятся в заведомо не равных условиях, обладают неодинаковыми ресурсами (политическими, кадровыми, административными). Конкуренции в чистом виде нет уже в силу вмешательства органов образования, диктующих состав директоров и ректоров и «контрольные цифры приема. Корпорации борются за доли «бюджетного пирога», – так возникает «взаимный интерес», где коррупция не ограничена рамкой «студент – преподаватель».

Никто не раскрыл приемлемые издержки конкуренции. Любая ли победа на этом рынке есть прогресс? Поражение в ней ведет к закрытию школы или вуза, падению жизнеспособности поселка или города, региона, исчезновению научных школ. Отвечает ли такая конкуренция интересам общества?

Рейтинги. Рейтинги придуманы, чтобы направлять выбор потребителей. Никто не доказал, что они верно выражают потребности общества в образовании – предлагается лишь доверять авторитету разработчиков рейтингов.

Коварство рейтингов заключено в трех свойствах.

1. Индексы рейтингов – продукт бюрократических органов и коммерческих агентств, читателю дают лишь зрительный ряд с именами «лучших» в гонке.

2. Большинство участников гонки не в состоянии занять ведущие позиции и знают это, в рейтинговании заинтересованы лишь немногие лидеры.

3. Рейтинги скрыто бьют по образованию, ускоряя его сегментацию, а бонусы получают только богатые вузы (постановление «5-100» Правительства РФ №281-р от 17.02.2017, лоббирует зарубежные рейтинговые схемы).

Само понятие «университет мирового класса» и социальные эффекты вхождения в «мировой топ-100 университетов» лишь повышает стоимость бренда лидеров рейтинга, но усиливает расслоение вузов и падение большинства «не удостоенных», но работающих на свои регионы.

Менеджеризм. Неолиберализм находит свою движущую силу в авторитарном менеджменте, которые противопоставляет себя управляемой системе, вовсе не живет с нею одной жизнью, но при этом купается в благах. Именно авторитарный менеджмент становится толкателем «троянских коней» маркетизации образования в силу выгоды условий, создаваемых политическими лоббистами. Менеджеры (особенно топ-менеджеры) подняты на недосягаемую высоту, наделены финансовыми рычагами и колоссальными полномочиями, чаще всего не соответствующими их компетенциям. Побывав примерно в 20 странах, я нигде не видел, чтобы ректор получал в 20 раз больше профессора, директор школы – в 5 раз больше учителя. Такие менеджеры служат не своей организации и ее клиентуре, а прежде всего себе и тем, кто их назначил.

Менеджеризм породил запредельную формализацию всех аспектов системы образования, претензию на возможность документального учета всех и любых сторон работы – ради, разумеется благой цели – выявления и поощрения лучших. На деле менеджеризм породил и насаждает «бумажный геноцид», душащий все от детсадов до вузов. Он же породил колоссальный рост управленческого аппарата.

Менеджеризму верит в универсальные рецепты управления, вроде проектного менеджмента или брейнсторминга, игнорирует систему работы с кадровым резервом. Так, губернатор Новгородской области весной 2018 года утвердил министром образования, причем без согласования с педагогической общественностью, человека, вообще не работавшего в образовании, но проявившего себя в конкурсе «Лидеры России» – молодого менеджера устройств самообслуживания клиентов Северо-западного Сбербанка.

Общие выводы

1. С 1990-х годов «троянские кони» неолиберализма внедрились в российское образование. Ценности неолиберализма закрепились в общественном мнении, в законодательстве, в практиках общего и профессионального образования, в схемах финансирования и поддержке маркетизации с позиции государства.

2. С неолиберализмом сфера образования становится самоедской, на деле – неуправляемой, что дает пищу для авторитарного менеджеризма. Виднейшие ученые задают вопрос: есть ли единая вузовская система в России?

3. Деструктивные последствия неолиберализма:

— общее снижение качества образования и его управляемости,

— спад социально-интегративной функции образования, его сегментация,

— существенный рост материальных, человеческих издержек,

— создание дополнительных коррупциогенных ситуаций,

— увеличение рисков для персонала образования и его дезинтеграция.

4. Ввиду комплексного характера процессов маркетизации – главного тренда неолиберализма – следует усилить внимание ученых к этой проблеме и профессиональное противостояние идеям маркетизации и ее инструментам. Иначе – рост деструктивных последствий в образовании и обществе.

5. Выход из неолиберального тренда в образовании так же необходим, как защита Россией своих национальных интересов на мировой арене.

Библиография:

О Осипов А.М. «Троянские кони» неолиберализма в образовании // Социологические исследования. 2017. № 8.

С Смолин О.Н. Высшее образование: борьба за качество или покушение на человеческий потенциал? // Социологические исследования. 2015. № 6.

С Садовничий В.А. (ред.) Образование, которое мы можем потерять. М., 2002.

Осипов Александр Михайлович

академик ПАНИ, д-р соц. наук, проф. каф. социологии РГПУ им. А.И. Герцена

Источник

Теги: , ,

Ректор ВШЭ Кузьминов: «Мы выпускаем социальных дебилов…»

Ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов, которого называют могильщиком российского образования, выступил перед журналистами с новым программным заявлением, сообщил портал Indicator.Ru.

По мнению Ярослава Ивановича, нынешнее российское образование – это конвейер по массовому производству социальных дебилов. Сразу возникает вопрос: а не он ли сыграл ключевую роль во внедрении ЕГЭ и Болонской системы?

А чего стоит «подушевое финансирование» школ и вузов, которое «продавил» именно Кузьминов!? Итогом этой «операции» стало закрытие малых школ, в первую очередь сельских, – и исчезновение деревень: лишённые возможности учить детей, люди бросали дома и угодья, переезжали к ещё сохранившимся школам…

Эти и другие смертельные «образовательные эксперименты», проведенные по указке глобальных структур, еще не раз скажутся на жизни целых поколений…

Сегодня Кузьминов предлагает новую модель: «На мой взгляд компетенции будущего, которые сейчас видны – это в первую очередь цифровая культура. Умение работать с большими данными, умение вести поиск, умение отбирать нужную информацию в потоке данных…

Вторая компетенция, которую я выделил бы – это работа с большими данными (здесь он повторяется – В.П.Ф)…

Третье перспективное направление – это коммуникации. Не надо забывать, что мы для окружающих – часть того потока информации, который перед ними протекает. Если мы хотим обратить на себя внимание, то должны быть заметными».

А далее, ссылаясь на министра образования Васильеву, Кузьминов заявляет, что все должны в обязательном порядке освоить английский язык, поскольку он является не иностранным языком, а языком международного общения. К этому нужно добавить знания в области финансов и знания в области права.

Все. Комплект необходимых знаний для обитателя цифрового мира укомплектован.

«Фактически мы выпускаем социальных дебилов, – заявляет ректор ВШЭ, – то есть людей, которых могут “развести” в важнейших для них вопросах – трудоустройстве, продаже своей квартиры, взятии кредита… То есть мы людей не предохраняем от манипулирования ими в ключевых вещах. Это было возможно в Советском Союзе, где человек рассматривался как винтик и все ему было предписано, но сейчас человек работает на рынке, он сам несет за себя ответственность, и мы его обязаны обучать».

Такова рыночная психология «успешного менеджера».

Но все перечисленные Кузьминовым «компетенции» можно использовать только в качестве дополнительных инструментов при основных направлениях человеческой деятельности. Умение искать какие-то сведения в Интернете – это приложение к основным знаниям, которые должен получать обучающийся в средней и высшей школе.

Ни разу, как и во все годы существования ВШЭ, ее ректор не упомянул о необходимости умения мыслить. Более того, 20 лет он делал все, чтобы это умение исключить из образовательного процесса.

А кто же тогда будет создавать интеллектуальные и материальные ценности?

Тестовая система, производящая «квалифицированных потребителей» – это несокрушимый идеал законодателя мод в российском образовании. Гайдаровское понятие рынка, который «все расставит на свои места», является для Кузьминова священной коровой.

В 2015 году в интервью РБК он заявил: «У нас слишком образованное население», а тема его кандидатской диссертации, которую он защитил в 1984 году, – «Основные отношения первобытно-общинного способа производства». Отсюда конечная цель «реформ» образования, проводимых под диктовку ВШЭ, становится вполне объяснимой.

Валерий Павлович Филимонов, русский писатель

Теги: , , ,

Резолюция X съезда ПАНИ. «Образование – главный механизм выхода России как цивилизации из системного кризиса и перехода к устойчивому прогрессивному развитию»

 

Подготовлено Научным Советов ПАНИ по проблемам стратегии развития образования и науки.

Россия сегодня имеет реальную возможность стать могучей державой, перестать быть экономической колонией глобального империализма США и Западной Европы. Однако для этого России нужна современная система образования, которая позволит эффективно развиваться и идти вперед, образование – основа национальной мощи страны. Такая система существовала в Советском Союзе, что позволяло нашей стране занимать передовые позиции в мире, которые мы потеряли за годы рыночно-капиталистической контрреволюции. Стратегия выхода человечества и России из Экологического Тупика Истории в форме первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы связана со становлением научно-образовательного общества, в котором образование является базисом базиса материального и духовного воспроизводства, а наука становится не только производительной силы, на что указывал Карл Маркс, но и «силой управления».

Сейчас ситуация в стране не улучшается, а только ухудшается: введение ЕГЭ, повсеместная «болонизация» высших учебных заведений которая есть по сути колонизация российского образования Западом, неудовлетворительные социально-экономические условия жизни учителей и преподавателей вузов, неоснащенность школ современной техникой, низкопробные учебники и литература, низкий статус учителей и профессоров, — все это является преступлением против будущего России. Подрастающее поколение русских пребывает преимущественно в дерусифицированной системе образования. Школы наши во многом утрачивают чувство патриотического воспитания и универсального образования, недостаточно формирует чувство исторического достоинства русского народа и в целом – российской нации. Поборы в школах и коррупция в отдельных университетах, отсутствие дополнительного образования, а теперь и «новый» антинародный закон об образовании, -все это разрушает созданную годами советскую систему образования, а значит – лишает Россию перспективы развития.

В итоге по уровню образования Россия, в сравнении с другими странами, занимает 42 место, по данным ООН, которая ежегодно публикует индекс развития человеческого потенциала, включающий в себя и индекс образования. Например, у государства Гайана – 39 место,  Беларусь и Украина занимают 27 и 29 место соответственно, 23-е место – у Казахстана, а Куба, которой, видимо, удалось сохранить советскую систему, привитую нами, входит сегодня  в пятерку лучших стран в мире.

В годы Советской власти в стране было полностью бесплатное образование. Учитель имел высокий статус в обществе, его уважали, и отношение учителей к детям было совершенно другим. Мы должны поклониться тем героям, которые добросовестно работают в современной школе, несмотря ни на что. Но нынешняя власть принуждает учителей заниматься порой несвойственными им функциями, особенно во время выборных кампаний. Уровень зарплаты учителей, доцентов, преподавателей высшей школы и профессоров  остается крайне низким. Обеспеченность общежитиями, минимальные стипендии, отсутствующие социальные льготы, техническая неоснащенность, трудности в академической мобильности не позволяют студентам эффективно заниматься непосредственно учебой и наукой, заставляют молодых людей идти работать официантами и мерчендайзерами. Преподаватели находятся еще в более сложном положении, что не позволяет им полностью сосредоточиться на науке и преподавании. Фактически в капитализированной системе высшей школы сложилась потогонная система эксплуатации профессорско-преподавательского состава, в которой не осталось места для научно-исследовательской работы.

Фундаментальное образование позволяло нам делать великие научные открытия, совершенствовать знание о мире. Сейчас это потеряно. Даже о развитии науки в университетах профильное министерство судит лишь по количеству привлеченных средств, что никак не отражает реальную научную работу. Да и открытия, которые сейчас совершаются нашими учеными, не востребованы на Родине – мы вынуждены продавать их на Запад. Неудивительно, что многие ученые эмигрировали из страны и получают Нобелевские премии как граждане других стран. Согласно неправительственным источникам, только «за первую половину 90-х годов из страны выехало не менее 80 тысяч ученых, а прямые потери бюджета составили не менее $60 млрд». Между тем, согласно данным фонда «Открытая экономика», отъезд российских учёных за рубеж не только не уменьшился, но существенно возрастает в последние годы.

В школе не находят места элементы просвещения. Народно-воспитательные, культурные и духовно-нравственные начала заменены технологическими. В такой школе формируется прагматик, делец, утилитарист, носитель Homo sapiens, превращен в Homo economicus. Это глубоко чуждо нашему традиционному воспитанию, в этом –  реальная угроза стране и существованию русского народа как нации.

В этих условиях нам необходимо восстановить то, что мы потеряли за годы реформ. Восстановить советскую систему образования с учетом устоев традиционного русского образования, которое в современных условиях, в ряде школ, показывает свою высокую эффективность.

Новый закон «Об образовании в Российской Федерации» не стал законом прогресса российского образования и общества. Можно заметить несколько тенденций, которые реализованы в новом законе. Во-первых, недостаточное финансирование. Самое важное направление в развитии государства финансируется на уровне 4,2% процентов ВВП, хотя минимальный уровень необходимо довести до 7%.

Все это ведет к трагическим последствиям для страны. Выход из положения – в программе становления научно-образовательного общества в России. Это означает отказ от рыночного фундаментализма, высший приоритет развития науки, культуры и образования, т.е. общественного интеллекта России.

Образование и наука для «либералов во власти» являются лишь средством для реализации собственных целей, которые противоречат интересам развития общества, более того – становятся средством колонизации России Западом.

Альтернативой либеральному подходу являются такие программы, как «Образование для всех» (разработано на базе общества «Знание» при поддержке КПРФ) и «Русская народная школа» (разработана академиком ПАНИ  проф. И.Ф. Гончаровым), а также концепция становления научно-образовательного общества в России, разработанная академиком ПАНИ А.И.Субетто.

Исходя из изложенных положений, Петровская академия наук и искусств считает необходимым и призывает высшее руководство России:

  • радикально обновить и усовершенствовать федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации», взяв за основу альтернативный проект «О народном образовании», программу КПРФ «Образование для всех» и концепцию стратегии развития образования и науки на базе становления в России научно-образовательного общества, как основы её устойчивого развития;
  • -+восстановить роль Российской академии наук (РАН), как ведущей организации, определяющей научно-технические приоритеты развития российской цивилизации, прекратить политику разрушения академической науки в России;
  • восстановить институт прикладной науки в России и инфраструктуру НИОКР и проектирования сложных комплексов;
  • поддержать общественные организации, работающие в сфере просвещения и воспитания русской традиционной культуры;
  • организовать систему юридической, социально-экономической защиты учеников и учителей, студентов и преподавателей от чиновничьего произвола;
  • увеличить расходы бюджета на образование и обеспечить исполнение Конституции в части обеспечения гарантированного бесплатного образования;
  • изменить школьные образовательные стандарты; признать эксперимент с ЕГЭ политической ошибкой;
  • ввести альтернативные формы вступительных экзаменов в высшие учебные заведения;
  • возвратить в систему высшего образования специалитет, дать высшим учебным заведениям более широкие полномочия по определению форм обучения;
  • решить вопрос о формах обучения детей иммигрантов в школе, в силу слабой изначальной подготовки большинства из них к обучению;
  • модернизировать и сохранить систему начального профессионального образования, а не уничтожать её;
  • выстроить систему связи вузов с промышленными предприятиями с целью скорейшего внедрения инноваций в производство и целенаправленной подготовки профессиональных кадров для экономики;
  • при проведении реформ образования учитывать традиции как национальной русской системы образования, так и советской, а также особенностей менталитета русского народа.
  • возродить систему инспекции качества учебно-методической деятельности учителей, с постоянной формой переобучения учителей в области учебно-методической и дидактической деятельности;
  • возродить в стране механизм планирования социально-экономического, технологического и культурного развития страны; исходить при этом из положения, что современная экономическая система есть наукоемкая, интеллектоемкая, образованиеемкая экономика; наука и образование не есть сфера услуг, а есть основа развития России, её национальной, геополитической, технологической и военной безопасности.

 

Принято единогласно.

 

Президент ПАНИ,  Председатель секции «Образование, культура и международное сотрудничество» X Съезда ПАНИ.

 

А.В. Воронцов                

 

Член Президиума, вице-президент ПАНИ

А.И.Субетто                          

Секретарь    секции

А.М. Богачев                                                                                                                                                                                                                                               

 

 

Теги: , , ,

Лавка «Cлово»

Хочу в СССР-2